013.jpg
The Russian Battlefield
010.jpg
Главная Статьи Бронезащита советских средних танков
Сейчас 102 гостей онлайн


Яндекс цитирования

Бронезащита советских средних танков

Печать
Автор: Андрей Кравченко
Впервые опубликовано 03.03.2010 14:32
Последняя редакция 28.09.2011 10:34
Материал читали 17526 человек

Таким образом, в течение всей летней кампании 1942 г., уровень бронезащиты Т-34 оставался на достаточном уровне для того времени. К сожалению, в реальных, а не полигонных условиях уровень бронирования и уровень боевой живучести далеко не одно и то же. Высокий уровень бронезащиты Т-34 (как и КВ-1) сводился во многом на "нет" целым рядом конструктивных недостатков и просчетов, в не меньшей степени влияющих на боевую живучесть танка. Известно, что ахиллесовой пятой Т-34 была отвратительная обзорность и недостаточная численность экипажа (из-за тесноты башни, спроектированной изначально под установку 45-мм орудия, в ней никак не помещалось более двух членов экипажа), что вынуждало командира танка исполнять еще и функции наводчика.

Неудовлетворительный обзор и функциональная перегрузка командира не позволяли ему в ходе атаки своевременно обнаруживать цели и координировать свои действия с другими машинами. Кроме того, организации взаимодействия танков в звене "взвод-рота" мешало отсутствие на значительном количестве машин радиостанций, плюс это усугублялось невысоким уровнем подготовки большей части экипажей и командиров танковых подразделений. Молодые (да и не только) командиры еще слабо представляли себе действия в составе крупного танкового формирования. Командиры батальонов, рот и взводов быстро теряли управление своими подразделениями, а командирские машины начинали действовать как линейные танки.

На практике это выливалось в крайне нерациональные действия наших танков. Опорные пункты противника они, как правило, атаковали в лоб, игнорируя не только тактические маневры (охват, обход, сближение через "мертвые зоны", удар по стыкам подразделений), но даже противоартиллерийские (курсом и скоростью). Почти не велся огонь по танкоопасным целям. Широко известный приказ № 325 от 16 октября 1942 г. констатировал: "…в результате незнания противника и местности танки атакуют неуверенно и на малых скоростях. Стрельба с ходу не ведется…Как правило, танки не маневрируют, не используют местность для скрытого подхода и внезапного удара во фланг и тыл и чаще всего атакуют противника в лоб". Как говорится не прибавить, не убавить.

В результате, несмотря на относительно хороший уровень снарядостойкости "тридцатьчетверок", их потери были очень велики. Например, в ходе контрударов в большой излучине Дона почти полностью была потеряна в боях матчасть двух наших танковых армий (1-й и 4-й), еще одна - 5-я ТА - потеряла практически 70% техники, после ожесточенного сражения на Воронежском фронте. Конечно, объяснять большие потери танков на юго-западном направлении лишь техническо-конструктивными причинами было бы неверно. Действия советского командования носили оборонительный характер. Те же контрудары 1-й и 4-й ТА готовились и проводились в спешке (нередко колонны бронетехники совершали марши днем, на виду у авиаразведки противника!) и закономерно вылились в серию разрозненных, нескоординированных по месту и времени танковых атак.

Устранить конструктивные недостатки Т-34 в короткое время было невозможно. В отличие от КВ-1, оперативно "преобразованном" на ЧКЗ в КВ-1с, средний танк Т-34 был основным танком Красной Армии и таких танков требовалось в гораздо больших количествах, нежели тяжелых КВ. Только средний помесячный выпуск "тридцатьчетверок" на УВЗ составил в 1942 г. 558 машин. А всего в 1942 г. было выпущено более 12 тысяч Т-34. Конечно, такое валовое производство было крайне чувствительно к малейшим изменениям в конструкции, тем более таким серьезным, как изменения в конструкции башни и корпуса. Ситуация дополнительно осложнилась с потерей СТЗ - одного из крупнейших производителей Т-34 в 1942 году. Жесткие сроки освоения в производстве Т-34 на ЧКЗ и заводе №174 (Омск) не позволяли внести в конструкцию танка какие-то значимые изменения. Поэтому улучшение конструкции Т-34 без резкого снижения выпуска, могло производиться только поэтапно. В 1942 году удалось осуществить лишь первый шаг в этом направлении - за счет выноса вперед цапфенных опор в новой башне шестигранной формы удалось несколько улучшить условия работы командира и заряжающего.

Но на фоне общего улучшения ситуации с эффективностью и боевой живучестью Т-34 поздней осенью 1942 г. четко обозначились и отрицательные тенденции. Во-первых, вермахт на восточном фронте стал переходить к стратегической обороне, что привело к совершенствованию форм построения тактической зоны обороны. Во-вторых, резко возрос удельный вес 75-мм противотанковых пушек Pak 40 и 88-мм орудий в общей номенклатуре германских ПТС. К ноябрю 1942 г. он составил 30%. Уже в октябре соотношение количества несквозных каверн к кол-ву сквозных пробоин в броне обследованных под Сталинградом подбитых Т-34 изменилось в сторону последних: в среднем 45% к 55%. К июлю 1943 года новые германиские ПТС уже составляли основу тактической зоны ПТО вермахта.

Впервые с 1941 г. уровень снарядостойкости Т-34, утратил свое превосходство над уровнем бронепробиваемости основных германских ПТС. Это не могло не поставить вопрос о повышении защищенности самого массового танка КА. Опытные Т-43 и КВ-13 зимой 1942/43 г. были очень далеки от вопроса их серийного производства, поэтому оставалось одно решение - модернизация Т-34. Принципиально возможности для наращивания бронирования "тридцатьчетверки" в то время еще оставались. Достижения в области бронезащиты и неиспользованные еще на тот момент весовые резервы в конструкции машины (около 4 тонн) позволяли повысить уровень снарядостойкости ее основных деталей. Переход от стали к высокотвердой бронестали ФД давал возможность снизить в 1,5 раза дальность сквозного пробития лобовой детали корпуса Т-34 бронебойным калиберным снарядом 75-мм пушки Pak 40. Были и другие варианты повышения бронезащиты, но эффективность любого из них была пропорциональна времени, которое требовалось для перестройки производства Т-34.

В это же время командование бронетанковых войск, познавшее вкус действий на оперативном просторе, стало иначе подходить к оценке эффективности средних танков. К прежним критериям оценки "огонь-броня-маневр", добавился еще один - командная управляемость. Но главное, оценка машины стала привязываться не к абстрактной тактической ситуации, а к оперативно-тактическому фону характерному для действий танковых подразделений в глубокой операции. При этом наиболее типичными действиями Т-34 становились атаки штабов, узлов связи, колонн на марше, аэродромов, тыловых обозов, складов, ж.д. станций и т.д. Применение противником в этих ситуациях 75-мм и 88-мм орудий практически исключалось. В тех же случаях, когда германские противотанковые резервы спешно разворачивались на пути наших танков, вырвавшихся на оперативный простор, расчетам этих мощных орудий приходилось принимать бой неорганизованно, на неподготовленной местности. Это давало возможность подавлять их сосредоточенным огнем с дальних дистанций, атаковать с флангов или попросту обходить. Советское командование посчитало, что на таком оперативно-тактическом фоне стойкость бронезащиты Т-34 к действию БС 75-мм ПТП и 88-мм орудий - далеко не самый важный критерий эффективности средних танков и их боевой живучести.

Новые принципы применения крупных танковых формирований и необходимость сохранения высоких темпов выпуска Т-34 привели к отказу от немедленного усиления бронезащиты среднего танка в ответ на распространение тяжелых ПТС в системе вооружения вермахта. Ставка в повышении боевой живучести Т-34 была сделана не на повышение снарядостойкости, а на поэтапное улучшение надежности и командной управляемости. К лету 1943 г. Т-34 получил новую пятискоростную КПП, новый воздушный фильтр, командирскую башенку, кроме того теперь все линейные танки выпускались только в радиофицированном варианте.

Подводя итог изменению ситуации с боевой живучестью Т-34 за первые полтора года войны, надо отметить, что как и в случае с КВ, уровень снарядостойкости "тридцатьчетверки" к 1943 году утратил свое превосходство над бронепробиваемостью основных ПТС вермахта и броня танка уже была проницаема к огню немецких 75-мм и 88-мм противотанковых пушек на всех дистанциях действительного огня. Однако в связи с переходом к более прогрессивным методам применения и реформой танковых войск, уровень защищенности Т-34 при этом не перестал соответствовать требованиям войны. Это, вроде бы, противоречие, объясняется тем, что использование Т-34 в соответствии с новыми принципами изменило расстановку приоритетов различных составляющих боевой живучести основного танка крупных танковых формирований. Акцент в обеспечении боевой живучести Т-34 от снарядостойкости начал смещаться в сторону гармоничного сочетания эксплуатационно-боевых свойств со способами оперативно-боевого применения танковых соединений.



 
Оцените этот материал:
(26 голосов, среднее 4.08 из 5)

Комментарии 

 
+2 #4 Георгий Георгиевич 20.08.2012 16:12
Сама статья это плохая (возможно просто первая для автора) попытка анализа Боевой живучести танка Т-34. Именно боевой живучести, поскольку это комплексное определение включающее в себя бронирование, снарядостойкост ь, ходовые характеристики, надежность, долговечность ремонтопригодно сть и разумееться огневая мощь,а также боевое применение.
Если автор подошел бы именно с таких позиций то его статья получилась более упорядоченной и логически стройной.Да, в стать есть факты, и рассуждения по поводу бронестойкости, надежности, но они хаотичны, зачастую не полные. И не дают общей картины о живучести танка.
 
 
+1 #3 Георгий Георгиевич 20.08.2012 15:36
Цитирую begemot31:
Т-34 имел одну неприятную особенность - наличие баков внутри боевого отделения. "Болванка", попадая в них неизбежно вызывала пожар (при полных баках) или внутренний взрыв при неполных. Последствия взрыва баков - оторванный лобовой лист при стоящей на месте башне, которую срывало только при детонации боекомплекта.
Т-34 - единственный средний танк в котором можно было поразить бак выстрелом с лобовой проекции.

[То есть 50-мм орудия Pak 38 и танки Pz-III с 50-мм пушкой KwK 39 могли успешно бороться с «тридцатьчетвер кой» лишь в благоприятных для себя условиях (например, фланговый огонь с близких дистанций, засады).]

Сие высказывание очень удивляет. У Т-34 броня "кругом" 45 мм. Специального усиления лобовой брони не было из-за большой нагрузки на передние катки. Углы наклона лобовой и бортовой брони отличались не сильно и бронестойкость их была близкой.



По поводу баков - их не было в передней части корпуса танка, да они были в боевом отделении около МТО, что конечно уменьшает шансы экипажа(и да они взрывались). Топливные баки спереди (где место стрелка-радиста)появили сь на танке Т-54.

По поводу снарядов:
Автор описывает действие остроголовых и подкалиберных снарядов для 50-мм пушек (правда не говориться какие точно, были с длиной ствола 40 или 60 калибров).
А вы описываете тупоголовыхснар ядов с балистическим наконечником - это основной боеприпас 75 - 88 мм орудий.

Что касаеться наклона брони:
Угол наклона верхней лобовой детали корпуса - 60 гр. к нормали. И приведенная толщина брони состовляет 45/сos(60)=90мм.
Угол наклона верхней бортовой детали - 40гр. Для нее приведенная толщина равна 45/cos(40)= 58,8 мм.
 
 
+3 #2 Виктор 16.05.2011 18:22
На мой взгляд, статья представляет из себя череду крайне спорных утверждений, предложенных читателю в виде аксиом. Произвольно выбранная страница, скажем 6-я, сразу же вызывает ряд замечания. Но достаточно упомянуть следующее, см. текст:
[Классическим считается встречное танковое сражение в районе Кельце в 1945 г. В ходе двухдневного встречного танкового сражения 4-й ТА (576 танков) с немецким 24-м ТК (свыше 400 танков) в районе Кельце во время проведения Сандомиро-Силезской операции, успех был предрешен активными маневренными действиями передовых отрядов 4 -й ТА.]
На самом деле успех был в наибольшей степени предрешен количественным превосходством войск 1 Укр. фронта в танках, сау и стволах ПТА.
Такое впечатление, что автор не в курсе, что помимо 4 ТА Лелюшенко в отражении попытки 16 ТД из танкового корпуса Неринга контратаковать из района юго-восточнее Кельца принимали активное участие войска 13 А Пухова и, частично, 3 Гв.А Гордова. Во всяком случае, при формулировке своих выводов он явно игнорирует наличие в составе двух упомянутых общевойсковых советских армиях частей ПТА, а также танковых и самоходно-артиллерийских частей и соединений, находившихся в армейском подчинении. Например, к началу наступления в состав 13 А входили 3 отдельных танковых полка (из них один тяжелый) и 4 самоходно-артиллерийских (один тяжелый). В подчинения командующего 3 Гв. А имелся целый танковый корпус, 25-й, а также 1 отбр, 1 отп, 3 сап (один тяжелый). Именно 111 ТБр (при поддержке 262 Гв.тсап, 25 ТК) обошла 16 ТД немцев с северо-востока и чуть не замкнула кольцо окружения.
Вместе с тем танковый полк 17 ТД, также входившей в 24 ТК, вообще находилась в 30 км. к югу от Кельце (в котором располагался штаб дивизии), и ему пришлось столкнуться уже с танками Рыбалко (3 Гв. ТА), полоса наступления которых находилась южнее 4 ТА.
Разумеется, упоминание только “576 танков” у советской стороны является безбожным искажением реальности. Даже если допустить, что половина ТПП (и сау) 13 и 3 Гв. армий к обеду 12.01.1945 были подбиты и уничтожены, то сотне танков 16 ТД в районе Кельце пришлось отбиваться от не менее 850-880 советских бронемашин.
Кстати, о какой Сандомиро-Силезской операции говорит автор? В то же самое время и в тех же самых краях проводилась СандомирСКо-Силезская фронтовая наступательная операция (как составная часть Висло-Одерской стратегической наступательной) . Это не мелочные придирки к опечаткам, отнюдь. Очевидно, что с рядом вопрос, которые автор подвергает анализу, он знаком поверхностно.
 
 
+1 #1 begemot31 26.01.2011 18:19
[Большие углы наклона бронелистов корпуса «тридцатьчетвер ки» обуславливали высокую вероятность — 35-65% (в зависимости от угла обстрела) рикошета остроголовых сердечников германских БПС. Кроме того в каждом третьем случае пробития брони Т-34 немецким 50-мм подкалиберным снарядом его заброневое действие оказывалось недостаточным для вывода экипажа и машины из строя.]
Т-34 имел одну неприятную особенность - наличие баков внутри боевого отделения. "Болванка", попадая в них неизбежно вызывала пожар (при полных баках) или внутренний взрыв при неполных. Последствия взрыва баков - оторванный лобовой лист при стоящей на месте башне, которую срывало только при детонации боекомплекта.
Т-34 - единственный средний танк в котором можно было поразить бак выстрелом с лобовой проекции.
Большие углы наклона брони заставили немцев применять снаряды, нормализующиеся при попадании в броню (т.е. поворачивающихс я при попадании и пробивающие броню под углом близким к нормали). Отверстия выглядели так, как будто стреляли сверху.

[То есть 50-мм орудия Pak 38 и танки Pz-III с 50-мм пушкой KwK 39 могли успешно бороться с «тридцатьчетвер кой» лишь в благоприятных для себя условиях (например, фланговый огонь с близких дистанций, засады).]

Сие высказывание очень удивляет. У Т-34 броня "кругом" 45 мм. Специального усиления лобовой брони не было из-за большой нагрузки на передние катки. Углы наклона лобовой и бортовой брони отличались не сильно и бронестойкость их была близкой.
 

Добавить комментарий

Комментарии от незарегистрированных читателей будут видны на сайте только ПОСЛЕ проверки модератором. Так что заниматься спамом и хулиганством бессмысленно.

Защитный код
Обновить